Блогеры идут в кино, а договоры забирают у них даже имя

Я дочитал материал Digiday с панелей Advertising Week в Нью-Йорке до слов юриста про имя блогера. По его словам, слишком широкий пункт в договоре может забрать у автора не только ролики, но и имя с образом. Мне это показалось важнее всех остальных историй про блогеров в кино.

Что сказало ведомство

Примеров в статье много. Сериал Sidelined с тиктокером Ноа Беком идёт на сервисе Tubi. По данным Tubi, к марту 2026 года его посмотрели больше 20 млн зрителей. Адам Уэскотт из студии Mind Chatter Media готовил Бека к роли два года. Тот всё это время брал уроки актёрского мастерства. Netflix купил права на шоу Chicken Shop Date Амелии Димолденберг, то есть взял готовый формат по лицензии.

Юрист Нима Тахмассеби из NT Legal делит такие сделки на три вида. В первом студия или бренд платит за проект и владеет им целиком. Во втором компания блогера снимает сама, оставляет права себе, а платформе даёт лицензию на показ. В третьем права и доходы делят пополам или в другой пропорции. Про широкие пункты о передаче прав он сказал коротко (перевод наш):

Дьявол кроется в деталях.

Что это значит для бизнеса

Я бы читал эту статью со стороны бренда, который сам снимает с блогером шоу или серию роликов. Если вы платите за всё, хочется забрать все права. Но блогер, который потерял право на свой образ, второй раз к вам не придёт. А хорошие авторы такой договор просто не подпишут.

В России права на ролик по умолчанию остаются у автора, пока договор не говорит иначе. Это правило четвёртой части Гражданского кодекса. Изображение человека по статье 152.1 можно использовать только с его согласия. Поэтому я бы прописал в договоре отдельно, что бренд получает, на какой срок и где может показывать.

Если бы я заказывал такой проект, я бы взял лицензию на нужные площадки и срок вместо полного выкупа. Так автор остаётся союзником, а не бывшим подрядчиком.

Кто ещё об этом написал

Статью Алиссы Меркант опубликовал Digiday 9 октября. Русскоязычных пересказов в нашей ленте нет.